Часть 2
РОССИЙСКОЕ ПРЕДПРИНИМАТЕЛЬСТВО В XVIII ВЕКЕ
РОССИЙСКОЕ ПРЕДПРИНИМАТЕЛЬСТВО В XVIII ВЕКЕ
До конца XVIII столетия главенствующее значение среди различных видов предпринимательской деятельности принадлежало торговле. Это было характерно не только для России, но и для других стран Европы. ХVIII столетие было признано «веком торговли».
Яркими представителями промышленного предпринимательства были Демидовы, создавшие свою «промышленную империю» на Урале, в том числе на территории нынешнего Пермского края.
Демидовы
В XVIII веке Урал, дикий и суровый, стал опорой для растущей мощи российского государства. Пока Петербург, сияющий новизной, выковывал свои амбиции на берегах Балтики, Россия втягивалась в тяжелую и кровопролитную Северную войну со Швецией за выход к берегам Балтийского моря. Страна, оторванная от привычного шведского железа, которое питало её кузницы и арсеналы, оказалась в ситуации, когда ей потребовалось срочное импортозамещение. Металл стал тем самым ресурсом, что мог изменить ход истории, а Урал — его колыбелью. В первой четверти XVIII века ресурсы Уральского региона создали условия для выдвижения России в число передовых стран Европы. В промышленном освоении этой территории большую роль сыграли предприниматель Никита Демидов, строивший частные металлургические заводы, и начальник уральских горных заводов Василий Татищев, строивший казенные заводы на средства правительства.
Парадокс заключался в том, что российское государство в лице Петра I, которому верой и правдой служил Татищев, одновременно покровительствовало и частным заводчикам Демидовым.
Упрямство Демидовых и непоколебимость Татищева привели к ожесточенному конфликту. В их борьбе, как в кузнице, закалялась сталь, которая вскоре должна была стать основой великой империи.
Основоположник династии тульский оружейник Никита Демидович Демидов (Антуфьев) в молодости был кузнецом в казенной Оружейной слободе в Туле. Кузнечное дело он унаследовал от своего отца. Сумев разбогатеть, Никита завел собственную мастерскую и в конце XVII века уже поставлял в казну оружие. Известно, что он продавал государству дешевое оружие (за ружье, например, брал 1 рубль 80 копеек, тогда как иностранцы просили по 10–12 рублей). Никита Демидов покорил Петра I своим мастерством и организаторской хваткой. Царь стал главным его покровителем. В 1702 году Никита Демидов получил из казны Невьянский железоделательный завод на Урале, в Верхотурье, а затем и другие предприятия. К заводам были приписаны десятки сел и волостей, обеспечивавшие их рабочей силой. Известно, что Петр I нацеливал Никиту Демидова на резкое увеличение выпуска отечественного железа, чтобы обходиться без шведского. Демидов должен был платить казне за устройство заводов железом в течение пяти лет и имел право покупать для заводов крепостных людей. В знак благодарности Демидов преподнес императору коллекцию золотых изделий, извлеченных им из сибирских курганов. По приказу Петра I коллекция стала основой организованной царем в Санкт-Петербурге Кунсткамеры — первого отечественного государственного музея.
В дальнейшем, при непосредственной поддержке государства, Демидовы многократно приумножили свое достояние. Вместе с сыном Акинфием Никита Демидов приумножил состояние своего рода в сотни раз, превратив железо из простого ресурса в основу силы русского государства. И так, как они ковали железо, так же ковали они и своё богатство — удар за ударом, неустанно, до самой смерти. С 1702 по 1706 год на демидовских заводах было изготовлено 114 артиллерийских орудий, с 1702 по 1718 год — 908,7 тысячи штук артиллерийских снарядов. При этом Демидов выставлял цену вдвое меньшую, чем другие поставщики. С 1718 года он стал единственным поставщиком железа, якорей и пушек для русского флота, обретя при дворе могущественных покровителей.
Ожила река Чусовая, забытая со времен Ермака, вновь принимая на себя тяжесть железных изделий, отправляемых по её водам. Демидов не довольствовался этим: он проложил дороги сквозь тайгу, основал поселения в самых глухих уголках, доходя до самой Колывани. Дым девяти новых заводов окутал Урал, а алтайские рудники стали приносить серебро прямо в царскую казну.
Не было предела его стремлению к величию. Демидов взялся за асбест, добывал и обрабатывал малахит и магнит. Каждый новый успех привлекал к нему всё больше рабочих: приписные крестьяне, беглые и каторжные наполняли его заводы, позволив Демидову продавать железо дешевле всех. Это приносило ему огромные прибыли. В 1715 году, в честь рождения царевича, Демидов преподнес Петру I 100 тысяч рублей — стоимость целой фабрики — младенцу «на зубок».
Не ограничиваясь Тульскими и Невьянскими заводами, Демидов покорил Урал. Шуралинский, Быньговский, Верхнетагильский и Нижнетагильский заводы превратились в опоры его могущества. В 1722 году он построил Выйский медеплавильный завод, а к 1725 году его предприятия выплавили 369 тысяч пудов чугуна, обогнав все казенные заводы страны. И в старости, полуграмотный, но неукротимый, он был пожалован в дворянство. Так бывшие кузнецы вошли в российское благородное сословие. Как и у Строгановых, дворянский герб Демидовых содержал признаки профессии: «зеленые лозы рудоискательные» и молот.
Никита Демидов, этот истинно великий предприниматель, завершил свой путь в 1725 году, в возрасте 69 лет. Ему наследовали три сына: Акинфий, которому достались уральские предприятия, Григорий, погибший в 1729 году, и Никита, управлявший тульскими заводами.
По-настоящему развил и приумножил «империю» Демидовых Акинфий Никитич. Среди его уральских предприятий черной металлургии были доменные заводы, на которых выплавлялся только чугун, и молотовые заводы, где выковывалось железо. Цветная металлургия Акинфия Демидова была представлена медеплавильными заводами. Невьянский завод, символ могущества Акинфия, рос на глазах. Если в 1723 году с его причалов отходили лишь тринадцать судов с товаром, то к 1745 году их число достигло шестидесяти двух. Невьянские изделия — от кухонной утвари до башенных часов — стали украшением больших городов России, а товарный знак «соболь» стал известен всей стране.
Но Акинфий Никитич не остановился на достигнутом. Под его руководством на Урале выросли шесть железоделательных гигантов: Черноисточинский, Уткинский, Васильево-Шайтанский, Ревдинский, Лайский, Висимо-Шайтанский. Эти предприятия выпускали чугун в таких количествах, что государственные заводы оказались позади: в 1734 году они выплавили 354 тысячи пудов, тогда как предприятия Демидова дали 391 тысячу.
Акинфий не ограничился лишь Уралом. В 1729 году он построил Колывано-Воскресенский завод на Алтае, расширяя свою империю на восток. В Предуралье, на реке Суксун, был возведен Суксунский медеплавильный завод, за которым последовали Бымовский, Шаквинский и Ашапский. За 1729–1745 годы эти предприятия выдали 62 тысячи пудов меди. И не хватало ему только Урала — в 1736 году ему было позволено строить медеплавильные заводы по рекам Оби и Иртышу, еще дальше расширяя свои владения.
Но не только металл, дерево и камень привлекали внимание этого гения производства. В своей бескрайней жажде он замахнулся даже на соляные месторождения, желая вырвать их из железных рук Строгановых. Однако этот поединок двух титанов закончился ничем — соляная империя осталась за Строгановыми.
Рост его железной империи был стремителен и беспощаден. Но не только энергия и расчетливость Демидова питали его успех. Мастерство ладить с властями, готовность к лести и взяткам открывали перед ним двери, что были закрыты для других. Он умел подойти к любому, от царских чиновников до мелких бюрократов, и получить желаемое.
В 1740 году, за «размножение заводов», Акинфий получил чин статского советника, а спустя два года — чин действительного статского советника с рангом генерал-майора. Когда же в 1745 году Акинфия Никитича не стало, его наследникам досталась целая империя: 22 металлургических завода, выплавлявших 790 тысяч пудов чугуна в год, 36 сел с деревнями, три пристани и более 33 тысяч приписанных к заводам работников. Четвертая часть всего российского чугуна приносила прибыль, достигавшую 50%. Капитал оборачивался за два года, делая наследников одними из богатейших людей в империи. Наследство было разделено между тремя сыновьями Акинфия: Прокофием, Григорием и Никитой.
Наследство разделило братьев: Прокофий, старший, известный своими причудами, скупил в Петербурге всю пеньку, чтобы проучить англичан, ободравших его во время его визита к ним. Его щедрость и доброе сердце превратили его в благотворителя: на его деньги был основан Московский воспитательный дом, Санкт-Петербургское коммерческое училище и множество народных училищ.
Григорий же увлекался ботаникой, создав первый в России научный ботанический сад под Соликамском, который в измененном виде сохранился до наших дней. Демидов собрал в своем саду все интересные растения Урала, создал королевскую оранжерею, подобной которой не было даже в столице. Сюда были завезены растения из Африки, Америки, Сибири, Камчатки. В саду, поражавшем воображение современников, росли гигантские кедры и тропические растения, были устроены пруды, в которых плескалась откормленная рыба.
В мировой ботанике Соликамский ботанический сад сыграл большую роль. Это был широкомасштабный эксперимент по переселению растений на новые территории, в условия резко континентального климата. В наши дни ботанический сад в Соликамске восстановлен на новом месте. В демидовском саду идут работы по изучению биологического разнообразия флоры Урала, сохранению редких видов растений. В саду обитают свыше 400 видов древесных и более 700 цветочно-декоративных растений. Среди них: желтолистная береза, канадская, голубая, карельская ели, можжевельник китайский, туя и множество других растений.
Никита Акинфиевич Демидов (1724–1789) отличался любовью к искусствам и наукам, покровительствовал учёным и художникам. Он путешествовал по Европе. Позже издал «Журнал путешествия в чужие края» (1786 г.), содержание которого указывало на широкую наблюдательность автора. Состоял в дружеской переписке с Вольтером. Пожертвовал железо на строительство нового каменного здания университета в Москве. В 1779 году при Академии художеств Никита Акинфиевич учредил премию-медаль «За успехи в механике», был избран в почётные члены этой Академии.
Сын Н. Н. Демидова — Анатолий Николаевич (правнук Акинфия) в 1841 году купил в Италии титул князя Сан-Донато и женился на племяннице Наполеона I принцессе Матильде.
Взлет династии Демидовых в эпоху Петра I стал настоящим символом той государственной политики, что стремилась создать мощное промышленное производство, полагаясь на частных предпринимателей и поддержку властей. Расширяя свои заводы, Демидовы опирались на собственные капиталы и предпринимательский талант, ловко маневрируя в экономических и социальных реалиях своего времени.
Уже в третьем поколении они начали заниматься благотворительностью, которая с тех пор стала неотъемлемой частью их жизни и деятельности.
Выдающийся российский историк Василий Осипович Ключевский писал о Петровской эпохе: «…Особенно широко развернулось горное дело в нынешней Пермской губернии; в этом отношении Урал можно назвать открытием Петра. Еще до первой поездки за границу Петр велел разведать всякие руды на Урале. Воротившись с кучей нанятых горных инженеров и мастеров, он, ободренный благоприятными поисками и опытами, показавшими, что железная руда давала чистого доброго железа почти половину своего веса, построил в 1699 г. на реке Невье, в Верхотурском уезде, железные заводы, на которые казна истратила 1541 рублей… Еще в 1686 г. для потех Петра привозили в Преображенское сотни тульских ружей мастера Демидова; ему Петр в 1702 г. и сдал Невьянские железные заводы с обязательством ставить артиллерийские припасы сколько понадобится. В 1713 г. у Демидова лежало на складе в Москве с его заводов более полумиллиона одних лишь ручных гранат. При умеренных подрядных ценах Демидов так повел дело, что при императрице Анне сын его получал дохода с отцовских заводов более 100 тысяч рублей… Вслед за Невьянскими возникло на Урале много других казенных и частных заводов, которые образовали обширный горнозаводский округ. Управление им сосредоточено было в Екатеринбурге, городе, построенном на реке Исети управителем уральских заводов генералом Геннингом, знатоком горного и артиллерийского дела и одним из благороднейших сотрудников Петра… К заводам округа для работ и охраны от враждебных инородцев, башкир и киргизов, приписано было до 25 тысяч душ крестьян. К концу царствования Петра в Екатеринбургском округе находилось 9 казенных и 12 частных заводов, железных и медных, из которых пять принадлежали Демидову. В 1718 г. на всех русских заводах, частных и казенных, выплавлено было более 6,5 миллионов пудов чугуна и около 200 тысяч пудов меди. Такая минеральная добыча дала возможность Петру вооружить и флот, и полевую армию огнестрельным оружием из русского материала и русской выделки. После Петра осталось более 16 тысяч пушек, не считая флотских…»
Уже к середине XVIII века число железоделательных и медеплавильных заводов на Урале достигло сотни. В XVIII веке Уральский промышленный район произвел более 80% всего железа и 95% меди всей России. Урал превратился в главный экономический район Российской империи. Нигде в России в то время не было столь мощной промышленной базы. В 1760-х годах промышленная зона Урала занимала 425 тыс. кв. км, что соответствовало половине территории Франции. Возвышение Урала стало одним из самых значительных событий российской истории XVIII столетия.
Благодаря уральским заводам Россия избавилась от внешней зависимости и сама стала крупным поставщиком металла. Вывоз русского металла начался уже при Петре I, а в 1770-е годы Россия поставляла железа в Англию больше, чем Швеция. Большую часть столетия Российская империя была крупнейшим производителем металла на планете и его ведущим экспортёром в Западной Европе. Мощная металлургическая база стала одной из предпосылок военно-политических успехов России в XVIII веке.
Именно эта мощная металлургическая база явилась основой всех успехов Российской империи от Петра I до наполеоновских войн. Однако к середине XIX века Россия проиграла технологическую революцию в металлургии, что предопределило её поражение в Крымской войне и потерю Аляски. До 1917 года страна так и не смогла преодолеть это отставание.
Купеческие гильдии
Процесс выделения купечества в особое сословие и становление предпринимательских организаций в России заняли длительное время. Большую роль в этом деле сыграло Российское государство. Впервые в России термин «гильдия» был упомянут в Регламенте Коммерц-коллегии (1719). По мнению дореволюционных исследователей, модель организации деятельности гильдейского купечества (торгового слоя населения) была заимствована из немецкого права. «Гильдия» (Gilde) — в переводе с немецкого — объединение, товарищество. В средние века в Западной Европе действовали такие объединения купцов и ремесленников, защищавшие интересы и цеховые привилегии своих членов.
Петр I, создатель таблицы для чиновников «Табель о рангах», решил улучшить также организацию торгового состояния. Купечеству были предоставлены привилегии, соответствующие интересам государства, однако оно продолжало оставаться частью единого городского населения, объединенного уплатой единого налога. Рассматривая торговый класс как средство достижения фискальных целей, а промышленность и торговлю как службу государству, Петр I воспринимал городских обывателей, включая купцов, как сословие, обремененное налогами.
При Петре I в России были учреждены две купеческие гильдии: первая предназначалась для банкиров, купцов, знатных торговцев, городских лекарей, аптекарей, золотарей, серебрильщиков, иконописцев и художников, а вторая — для мелких торговцев и ремесленников.
С одной стороны, государство наделяло купцов различными привилегиями и льготами, с другой — вводило бюрократическую регламентацию их деятельности. Гильдии стали удобным инструментом для регулирования торговли и организации сбора налогов.
В 1742 году купцы были разделены на три гильдии, в каждой из которых избирались старшина, староста и товарищ сроком на один год для сбора подушной подати и управления гильдией. Главной фигурой был старшина, который руководил второй и третьей гильдиями, подчиняясь первой, а на сами гильдии возлагались различные обязанности.
Ослабление в 1760-х годах правительственного контроля за торговлей и промышленностью, а также городские реформы, шедшие в 1775–1785 гг., привели к постепенной замене торговых гильдий старого «петровского образца» более предприимчивыми купцами трех гильдий времен Екатерины.
Екатериной II в 1775 году в России была проведена Гильдейская реформа, согласно которой купечество было разделено на три гильдии сообразно размеру объявляемого капитала. Преобразования в среде российского купечества начались с принятием манифеста 17 марта 1775 года, который впервые разделил торговый слой общества на мещан и привилегированных купцов из трех гильдий.
Деление купеческого сословия происходило по принадлежности к имущественному разряду. Единственным основанием такого разделения стал размер капитала, что отличало гильдии от артелей, участие в деятельности которых определялось не капиталом, а трудом. Те представители торгового сословия, кто имел капитал меньше 500 рублей, были отнесены к мещанам, а те, чей капитал превышал указанную норму, были отнесены к купцам.
В 1775 году было установлено, что вступление в гильдию зависело от размера капитала, которым владел предприниматель. К третьей гильдии причислялись купцы, имевшие капитал от 500 до 1000 рублей. Ко второй гильдии причислялись купцы с капиталом от 1000 до 10 000 рублей. Купцы первой гильдии должны были иметь капитал от 10 000 рублей и более. Привлекательным в гильдейском купечестве было то, что оно освобождалось государством от уплаты подушной подати, которая была заменена однопроцентным сбором с объявляемого капитала (в XIX веке сбор составил 4%). Кроме этой были введены и другие привилегии.
В гильдии записывали только мужчин, и на них возлагалась обязанность уплаты сборов; за детей, проживавших вместе с ними, купцы налога не платили. «Отделившиеся» взрослые дети могли записаться в купечество лишь со своим собственным капиталом или переходили в мещанство. Вдовы купцов, продолжавшие дело после смерти мужей, получали те же права, что и купцы-мужчины. Таким образом, был закреплен имущественный характер купеческого сословия. Срок записи в гильдии и платеж с капитала производился с 1 декабря по 1 января. Объявление капитала оставалось «на показании по совести каждого», и утайка его не преследовалась.
В 1776 году гильдейское купечество было освобождено от рекрутской повинности, замененной денежным взносом.
«Грамота на права и выгоды городам Российской империи», изданная 21 апреля 1785 года, значительно увеличила минимальный размер капитала, необходимого для вступления в гильдии. Теперь он составлял: для третьей гильдии — от 1 до 5 тысяч рублей, для второй — от 5 до 10 тысяч, а для первой — от 10 до 50 тысяч рублей. Налог же остался на прежнем уровне — 1%. В этом важном документе особое внимание уделялось правам и привилегиям купцов в зависимости от их гильдии. Однако гильдии так и не были организованы в отдельные корпорации или общины, в отличие от цехов, для которых внутренней организации уделялось значительно больше внимания. Кроме того, объявив капитал в размере от 50 тысяч рублей, купец становился частью особой категории обывателей — «именитых (почетных) граждан».
Купцам первой гильдии разрешалось вести торговлю как внутри империи, так и за ее пределами, оптом и в розницу; они могли заказывать и отправлять товары за границу, владеть фабриками и заводами, речными и морскими судами, а также передвигаться по городу в карете, запряженной парой лошадей. Купцы второй гильдии имели право торговать внутри империи, владеть фабриками и заводами, речными судами и передвигаться по городу в коляске, запряженной парой лошадей. Они также освобождались от телесных наказаний, что имело значительное морально-психологическое значение. Купцы третьей гильдии могли вести розничную торговлю в городе и уезде, провозить товары с целью торговли как сушей, так и водой, а также покупать, продавать или обменивать товары. Им не запрещалось владеть промышленными заведениями ремесленного типа и мелкими речными судами; они могли содержать трактиры и постоялые дворы, но им запрещалось передвигаться в карете или запрягать в коляску более одной лошади.
В период с 1775 по 1785 год гильдейское купечество на всей территории государства фактически структурировалось и получило юридическое оформление как отдельное сословие, представляющее собой значительную силу в Российской империи как в численном, так и в экономическом отношении. Однако купеческое сословие не было однородным, поскольку формировалось из различных слоев общества. Главной его особенностью был имущественный принцип формирования, в то время как многие другие сословия были преимущественно наследственными. Это предопределяло низкую стабильность нового сословия и резкие колебания численности купцов, особенно среди представителей третьей гильдии, которые нередко переходили в другие сословия в результате банкротства, увеличения минимально объявляемого капитала или по личным причинам, ведь достаточно было снизить размер капитала, чтобы вернуться в мещанство.
Реформа привела в соответствие состояние купцов и род их занятий. Переход из одной гильдии в другую поощрялся привилегиями, но также увеличивал обязанности.
Так, на обременительные должности в общественных учреждениях выбирали только купцов первой и второй гильдий. Являясь наиболее состоятельными членами городского общества, купцы занимали ключевые посты в системе органов городского управления, включая городского голову, заседателей палат, бургомистра, ратмана, президента магистрата и городского старосту.
В результате реформ, проведенных Екатериной II в 1770–1780-х годах, были заложены правовые основы функционирования института гильдейского купечества, которые определили его сословно-корпоративную организацию на целый век вперед. Купечеству обеспечивалось положение наиболее сильной, в экономическом плане, части торгово- промышленного населения, а также самого привилегированного слоя общества после духовенства и дворянства.
В XIX веке был принят ряд законов, уточняющих и дополняющих прежние права и обязанности купцов, их статус. Например, в 1824 году было издано «Дополнительное постановление об устройстве гильдий и о торговле прочих состояний», в котором определялось понятие «купец» по ряду признаков. Среди них: 1) член купеческого семейства, а следовательно, и купеческого общества; 2) лицо, владеющее торговым свидетельством; 3) лицо, числящееся в гильдии; 4) лицо, обладающее и реализующее свои права и преимущества. Гильдии просуществовали в России до 1917 года.
История показала, что купечество из класса розничных торговцев в древней Руси превратилось в движущую силу государственного и международного значения, обеспечив стране путь к дальнейшему промышленному развитию. Безусловно, это были талантливые, предприимчивые люди с организаторскими способностями, смекалкой, чертами авантюриста, готовые рисковать. Из этого социального сословия вырастали и будущие предприниматели, заводчики и фабриканты, крупные акционеры, благотворители и меценаты. Именно купечество дало городам и самой России экономическое процветание, оставив заметный след в духовной сфере, искусстве, архитектуре, благотворительности. Не следует забывать, что многие представители знатных купеческих фамилий являлись выходцами из простого народа: крестьян, мастеровых, ремесленников и прочих.